На заседании присутствовал журналист издания «ПравозащитникИнфо».

Сторона истца просит суд признать незначительной долю ответчика в квартире на улице Метростроевцев, где проживает Вадим Циновой, и перевести всю квартиру в собственность Анастасии Варенникой, которой принадлежит 11/12 долей этого имущества. Сторона ответчика возражает: в таком случае пожилой врач окажется на улице, поскольку другого жилья у него нет.

На судебном заседании сторона ответчика попросила приобщить к делу новые документы – платёжные квитанции за ЖКУ, демонстрирующие, по мнению стороны ответчика, заинтересованность пожилого врача в единственном жилье, которым он владеет. В квитанциях не обнаружилось данных о лицевом счёте, и суд не принял их как доказательство. Также сторона ответчика попросила приобщить к делу справку из поликлиники, справку из СФР и отчёт об оценке объекта недвижимости, в котором проживает ответчик. Судья заметила, что сумма компенсации, которая может быть предложена ответчику в случае перехода его доли в квартире в собственность истца, существенно различается в отчётах об оценке недвижимости, представленных сторонами истца и ответчика, и в этом случае нужно назначать судебную экспертизу по определению стоимости доли. Далее судья приобщила к делу выписку из Росреестра, согласно которой ответчик не обладает иным жильём, кроме своей доли в спорном жилом помещения (в квартире на улице Метростроевцев).

— Ответчик, подтверждаете, что у вас только 1/12 в этом жилом помещении? — спросила судья. 

— У меня больше жилья нет никакого, — подтвердил Вадим Шаевич Циновой. — Я оттуда могу выйти только на улицу бомжевать. На зарплату врача с 52-летним стажем даже квартиру не снять. Снять комнату можно за 25 тыс. рублей, но в таком случае ещё 10 тыс. рублей придётся отдавать за коммунальные услуги.

По словам ответчика, он оплачивает коммунальные услуги в спорной квартире в полном объёме. Судья спросила, есть ли у ответчика коммунальные задолженности. Ответчик пояснил, что задолженностей нет, при этом в 2026 году с момента подачи искового заявления истица тоже стала оплачивать ЖКУ вместе с ответчиком, и это привело к переплате в размере около 20 тыс. рублей. По словам истца, в квартире прописаны он, Анастасия Варенникова и её отец.

Судья попросила представителя истца напомнить цель искового заявления – то, что побудило сторону истца признать долю Вадима Цинового в квартире на улице Метростроевцев незначительной. Представитель истца пояснил, что в 2025 году в связи с дарением доли отца истица стала собственником 11/12 долей в квартире, а доля Вадима Шаевича настолько мала, что не соответствует ни одному из занимаемых помещений, при этом, по мнению стороны истца, ответчик препятствует ей в пользовании помещениями.

— При этом вы не заявляете требования обеспечить доступ к помещениям, — заметила судья.

— Нет, не заявляем, но в первую нашу встречу, уважаемый Суд, вы задавали вопрос, имеем мы доступ к жилому помещению или нет, – пояснил представитель истца. — Ключи нам не передавались, Вадим Шаевич пользуется всем объектом в полном одиночестве.

— Вы предполагаете, что возможен вариант, что собственником будет истец, а проживать Вадим Шаевич будет в этой квартире? — спросила судья.

Представитель истца заявил, что ответчик должен сам выступить с инициативой по этому поводу, и что проживание его в квартире возможно на безвозмездной основе, либо на основе содержания имущества истицы.

Ответчик Вадим Циновой заявил, что расценивает иск о признании незначительной его доли в квартире как «двухходовую операцию, поскольку после лишения доли он может быть легко выселен из квартиры по решению судебных приставов и оказаться на улице. Ответчик прояснил вопрос с предоставлением доступа Варенниковой к жилому помещению, пояснив, что ключи у Варенниковой всегда были, замки в квартире не менялись, но новые соседи, въехав в дом, поменяли общую дверь. 

— Истец, лично ответьте, вы готовы оставить право проживания ответчика в спорном жилом помещении? — спросила судья у Анастасии Варенниковой.

— Мы же не оспариваем вопрос проживания, речь о собственности, — ответила истец.

— Все прямо зависит одно от другого: утрата права собственности влечет за собой утрату права пользования, — пояснила судья.

— Он же прописан, я не могу его выписать, — сказала истец.

— Можете по суду, прекрасно можете, — заметила судья.

— На сегодняшний день, извините, уважаемый Суд, мы такого требования не заявляем, — сказал представитель истца.

— Ну, а потом будет требование суда в случае удовлетворения иска, и человек утрачивает право пользования, — продолжила судья.

— В этой ситуации Вадим Шаевич имеет право выйти к нам с предложением, например, заключить соглашение, что собственником квартиры становится Варенникова, а он предлагает зафиксировать право пожизненного проживания, — предложил представитель истца.

При определении незначительной доли в жилом помещении учитывается не только её размер, но и иные обстоятельства, такие, как заинтересованность владельца доли в использовании жилого помещения, подчеркнула судья.

— Человек — пенсионер, работает в Петербурге, иного жилого помещения в собственности, где он мог бы проживать, у него нет, по крайней мере, сведений, подтверждающих обратное, суду не предоставлено, — отметила судья.

Представитель истца ещё раз выразил готовность «разговаривать о возможных вариантах разрешения мирным путём данного вопроса» и сослался на отсутствие предложений от ответчика.

Ответчик Вадим Циновой эмоционально высказался о сложных отношениях в семье:

— Я её (Анастасию Варенникову, — прим. авт.) воспитывал с 4-го класса, помог преодолеть дислексию, избавил от всех проблем, вывел её на такой уровень, что у неё ЕГЭ сдан на 98 баллов, она могла институт один за одним менять. А потом я стал не нужен. Мама стала больная, без денег, и я без денег. 2 года я подрабатывал таксистом, потому что за мамой надо было ухаживать. Теперь дома стоит урна с прахом. Никто не предложил маму похоронить. 300 тысяч минимум стоит могильно-урновое место. Хотите, чтобы я ушёл на улицу…

Судья предложила ответчику успокоиться и снова обратилась к истице, чтобы уточнить, в каких жилищных условиях она находится. Выяснилось, что истица, помимо основных долей в спорной квартире, полностью владеет квартирой на Алле Котельников, при этом в данный момент проживает в квартире своего отца, не замужем и не имеет детей.

Судья пояснила характер своих вопросов. 

— У нас с вами спор, грубо говоря, между молодым поколением и старым поколением. Это очень грустно. У истца, извините, я напрямую вам говорю, я так все процессы веду, как есть, — у истца жильё не одно, а целых два. Почти полная квартира и ещё одна квартира, а проживает истец в квартире отца. По сути, пользуется тремя квартирами. Ответчик — пенсионер, правда, работающий, — пользуется только долей в жилом помещении. Не важно, что он отдарил свою долю в другой квартире. Здесь просто просится мировое соглашение. Договоритесь между собой о компенсации, чтобы до судебного спора не доводить, – предложила судья.

—Я не знаю, что будет с этой 1/12 долей квартиры, не знаю, сколько ещё будет жить Вадим Шаевич, я хочу, чтобы это просто было моё имущество, — сказала истец Анастасия Варенникова.

Ответчик Вадим Циновой заявил о том, что его доля в квартире на улице Метростроевцев изначально была значительно больше, чем 1/12, но усилиями стороны истца она была доведена до минимума.

Судья предложила стороне ответчика предоставить суду корректные документы об оплате коммунальных услуг, ходатайство о назначении судебной экспертизы, а также обеим сторонам процесса обсудить мировое соглашение.

За всё время заседания истец Анастасия Варенникова взаимодействовала с ответчиком Вадимом Циновым только один раз, дав пожилому человеку по его просьбе воды. Более стороны не общались ни на заседании, ни в процессе его ожидания в коридорах суда.

Материал подготовлен в рамках проекта «Судебный репортёр».