Далее даритель и продавец в одном лице направил иск к своему сыну о признании недействительными договоров дарения недвижимости и купли-продажи автомобиля по причине их мнимости. Как пояснил истец судам, его цель была не отчуждение имущества, а сокрытие от раздела. Но в первой инстанции в иске ему отказали, посчитав, что материалы дела не подтверждают доводы о фиктивности заключенных договоров. 

Это решение не устояло в апелляции и кассации. Суды подчеркнули, что мнимый перенос права собственности довольно распространен, и нет доказательств, подтверждающих, что истец реально планировать передать имущество сыну.

Сын подал жалобу в Верховный Суд РФ и заявил, что нижестоящие инстанции таким решением поощряют недобросовестное поведение истца (сначала продавать и дарить имущество, чтобы избежать его раздела, а потом оспаривать сделки и требовать имущество обратно). По его мнению, при совершении сделки со злоупотреблением правом стороны стремятся к созданию реальных последствий, пусть и ради противоправной цели, в то время как при мнимой сделке какие-либо правовые последствия не предполагаются. Отец стремился получить реальные последствия – остаться без собственности на момент бракоразводного процесса. Верховный Суд поддержал эти доводы и оставил в силе решение райсуда. 

ВС РФ указал, что юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению в такого рода делах, является определение воли сторон на исполнение соответствующих договоров. Сделки были признаны действительными.