Истец считает, что ответчик, осуществляя аренду принадлежащих истцу помещений в историческом здании на Столярном переулке, 18, провёл перепланировку этих помещений. Ответчик утверждает, что помещения истец перепланировал сам и теперь пытается возложить ответственность на арендатора. Вместе с этим судебным процессом решается также спор между истцом и ответчиком, касающийся арендных платежей. На заседаниях по обоим этим делам продолжает вставать вопрос о подлинности документов, предоставляемых истцом.

На заседании 21 июля сторона истца попросила приобщить к делу нотариальный протокол осмотра переписки в мессенджере WhatsApp (принадлежит корпорации Meta, признанной экстремистской и запрещённой в России, — прим. ред.) между сожительницей истца и бывшим бухгалтером истца и ответчика.

— На прошлом судебном заседании нами была представлена копия договора аренды, заключённого между истцом и ответчиком, — напомнил представитель истца. — Ответчик начала утверждать, что и этот документ является поддельным, что подпись в нём ответчику не принадлежит, переведена через стекло и т.д. Хотелось бы пояснить по источнику получения этого документа. 

Как сообщил представитель истца, копия договора аренды была предоставлена истцу бухгалтером ответчика Ксений Голубовской, которая ранее оказывала услуги ведения бухучёта в организациях, управлявшихся ответчиком – ООО «ОТЕЛЬ ГОГОЛЬ ХАУЗ» и ООО «Гоголь апарт». 

— Сожительница истца вела переписку с Голубовской, и в этой переписке она попросила представить копию договора аренды, в связи с чем ей и была направлена копия документа. Мы эту переписку нотариально заверили. Кроме того, что в ней содержится копия спорного договора аренды, там есть ряд других сообщений касательно этого договора, — отметил представитель истца.

Вторым документом сторона истца попросила приобщить к материалам дела протокол допроса из другого дела, в котором содержатся свидетельские показания Ксений Голубовской, подтверждающие, по мнению истца, принадлежность номера телефона этой гражданки, то, что она оказывала услуги бухгалтерского учёта, и то, что этот человек имеет непосредственное отношение к организации ответчика и вела с ним деловую переписку. По словам представителя истца, в этой переписке тоже фигурирует копия договора аренды, что подтверждает, по мнению истца, арендные отношения между истцом и ответчиком на тех условиях, на которых настаивает истец и на которых основаны исковые требования. В отношении указанного в договоре объекта недвижимости согласована арендная плата и, соответственно, нет права на односторонний отказ от договора, подчеркнул представитель истца.

— На прошлом судебном заседании ответчик нам говорил, что в договоре аренды не его подпись и что мы сфальсифицировали копию, которую представили. И вот мы сейчас подтвердили источник документа, — заявил представитель ответчика.

— У нас на рассмотрении два заявления о фальсификации, —напомнила судья, имея в виду предоставленные в ходе судебного процесса заявления стороны ответчика о фальсификации документов стороной истца.

— Вот мы теперь подтвердили источник получения этого документа, — продолжил представитель истца. — Уж я не знаю, кто там подписывал, принадлежит ли подпись ответчику или не принадлежит, но факт заключается в том, что этот документ исходит от бухгалтера ответчика. Это ещё раз подтверждает наш довод о том, что между сторонами есть арендные отношения, что договор аренды заключён конкретно в отношении этого объекта, согласована ставка арендной платы и нет права на односторонний внесудебный отказ, — заявил представитель истца.

Также сторона истца заявила ходатайство о предоставлении ответчиком подлинника спорного договора аренды. 

— Мне кажется, уважаемый суд, что сейчас, исходя из материалов дела, мы точно можем констатировать, что между сторонами имеют место арендные отношения в отношении конкретного объекта, что подтверждается, в частности, исходящей от самого ответчика офертой, где он направлял предложение заключить соглашение о расторжении спорного договора аренды с проектом дополнительного соглашения, а также имеющимися в материалах дела платёжными документами, где каждый раз в один и тот же период времени одна и та же сумма поступает на счёт истца с указанием назначения платежа конкретного договора аренды с его реквизитами, — сказал представитель истца, обосновывая факт арендных отношений между истцом и ответчиком и правомерность исковых требований, в том числе через иные документы, нежели подлинник договора аренды.

Также представитель истца сообщил, что в распоряжения истца есть опись вложения, где ответчик возвращал ключи от арендуемых помещений. 

— Все заявления, которые ответчик делает о фальсификации, о назначении экспертизы, это просто всё какие-то непонятные обструкции с целью просто затянуть судебное заседание, — заявил представитель истца. 

По мнению представителя истца, его требования подтверждены материалами дела и носят бесспорный характер, и, исходя из того набора документов, который имеется в деле, суд уже может вынести решение. 

— Ответчик говорит: «договор мы не подписывали». Тогда представьте нам договор, который вы подписывали. Ответчик говорит: «Мы этого сделать не можем». Пора поставить вопрос ребром — либо вы представляете договор, который подписан сторонами, либо давайте исходить из того, что сейчас имеется в материалах дела и принимать решение, — предложил представитель истца.

— Пока мы не решим вопрос с фальсификацией, мы не можем принять решение, — обратила внимание судья.

— Понимаю, мы не будем исключать из числа документов ранее представленную копию, потому что она полностью соответствует той, которая в нотариальном протоколе…, — ответил представитель истца.

— И от вас ещё заявление о злоупотреблении правом, — продолжила судья, изучая документы, предоставленные стороной истцом.

— Да, это наши доводы, которые мы изложили кратко, о том, что сейчас заявления ответчика о том, что мы предоставляем договор аренды, который ответчик якобы не подписывала, между тем, 8 месяцев были платежи по этому договору и т.д., и при этом непредоставление ответчиком подлинного договора, подписанного сторонами — всё это является злоупотреблением правом, — выразил точку зрения представитель истца.

— Хочу напомнить, что такой же зеркальный спор между, по сути, теми же сторонами был рассмотрен Арбитражным судом, и там ответчиком заявлялся точно такой же набор документов, ответчик так же настаивал на проведении экспертизы, — продолжал представитель истца, имея в виду заседания по делу с теми же участниками, проходившие у другого судьи Арбитражного суда. —Тогда судья справедливо поставил вопрос: «Что вы хотите подтвердить экспертизой? У нас есть документы, исходящие от вас, где вы сами просите расторгнуть спорный договор аренды, указываете предмет аренды, платёжные документы. Представьте либо тот договор, который вами подписан, либо исходим из того, что имеется». На наш взгляд, не важно, исходим ли мы из содержания договора, представленного нами, или из общих положений Гражданского кодекса об обязательствах о договоре аренды – всё равно итог будет такой же: есть арендные отношения, есть чётко согласованный размер арендной платы, и эту арендную плату мы просим взыскать…

— Дальше, пожалуйста, — остановила речь представителя истца судья. — Запрос о предоставлении договора аренды.

— Да, мы направлял стороне ответчика запрос о предоставлении спорного договора аренды. Как раз и веду к этому: либо вы предоставляете этот договор, который действительно подписывался, либо давайте исходить из того, что имеется в материалах дела. В противном случае мы имеем злоупотребление правом. И второе: просим представить запрос о предоставлении ответчиком полной деловой переписки. Ответчиком была предоставлена переписка в мессенджере, но фрагментарно. Просим представить переписку в полном объёме за период с 20 декабря 2024 по 15 января 2025 года. Эта переписка подтверждает все наши аргументы о наличии договорных отношений именно по тому договору, который представлен нами, — сказал представитель истца.

— Ответчик, вы получили все ходатайства истца, которые он озвучил? — спросила судья.

— Нет, не получили, — сказала представитель ответчика и обратилась к стороне истца. — 17 июля вы направили документы, мы их не получили.

— Нет, мы направляли 4 июля, — возразил представитель истца.

— Протокол допроса свидетеля – это к какому документу относится? — спросила судья, изучая представленные истцом документы.

— К нотариальному протоколу, — ответил представитель истца. — Это подтверждает тот факт, что Голубовская сама рассказала следователю в рамках уголовного дела, будучи предупреждённой в уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, что оказывала услуги бухгалтерского учёта ответчику и, соответственно, находилась с ним в трудовых или гражданско-правовых отношениях.

— Ответчику всё было направлено по почте? — спросила судья.

— Да. А сейчас продублирую, — сказал представитель истца, передавая документы представителю ответчика.

Взглянув в протокол допроса свидетеля, ответчик Анна Васильева заявила, что видит в нём ложные сведения.

— Вы все ходатайства предоставили? — спросила судья у стороны истца.

— Да, уважаемый суд, просим приобщить переписку и оригинальный договор, и протокол допроса приобщить. Считаем позицию ответчика злоупотреблением правом, — вновь перечислил представитель истца.

— И ещё у нас с прошлого раза заключение специалиста не приобщено, предоставленное отелем…, — напомнила судья, имея в виду заключение почерковеда о подлинности подписи в договоре аренды, предоставленное стороной ответчика.

— Мы возражаем, это заключение не имеет к спору прямого отношения и подготовлено в рамках гражданско-правовых отношений специалиста с ответчиком на возмездной основе, — выразил точку зрения представитель истца. — Этот эксперт, будучи в коммерческих отношениях с ответчиком является заинтересованным лицом. Подобные заключения необходимо готовить для судебной экспертизы в рамках судебного процесса для соблюдения принципа объективности и беспристрастности.

Возражения последовали и со стороны ответчика.

— Уважаемый Суд, мы возражаем против приобщения к материалам дела протокола допроса свидетеля. Во-первых, мы не успели с ним ознакомиться, нам надо подготовить позицию. После того, что мы уже увидели, — сказала представитель ответчика.

— Нотариальный протокол представлен от сожительницы Жаворонкова, — обратила внимание ответчик Анна Васильева.

— Какое отношение это имеет к делу? — спросила судья.

— Здесь ложная информация, — заявила Анна Васильева.

Представитель ответчика попросила у суда время для ознакомления с документами истца и составления позиции. По поводу возможной ангажированности специалиста-почерковеда представитель ответчика заметила, что, если уважаемый представитель истца возражает против приобщения к материалам дела заключения специалиста, ничто не мешает стороне истца заявить ходатайство о проведении судебной экспертизы. Каждая сторона обязана сама обеспечить доказательствами свою позицию, заметила участник судебного процесса.

— Если уважаемый истец возражает против приобщения заключения специалиста, ему не мешает Арбитражный процессуальный кодекс заявить ходатайство о судебной экспертизе и предоставить документы, которые будут опровергать данное заключение специалиста. Что касается предоставления нами подлинника договора аренды, мы им не располагаем, потому что мы его не «рисовали», — сказала представитель ответчика.

Далее представитель ответчика заявила о фальсификации истцом ещё одного документа.

— Мы имеем ещё 2 заявления о фальсификации документов, в том числе на основании заключения специалиста-почерковеда, который утверждает, что данная подпись выполнена не моим доверителем, а не иным лицом. Вот ходатайство о фальсификации самого договора, представленного на прошлом судебном заседании уважаемым истцом. И по поводу письма №1817011117, где приложена схема квартиры. Есть в материалах дела нотариальный протокол от 25 августа 2025 года, где указано, что данное письмо не содержало никаких схем. Заявляем о фальсификации данного письма. Наши ходатайства — не с целью затягивания судебного процесса, а целью исключения поддельных, подложных документов из числа доказательств, — подчеркнула представитель ответчика.

— Вам нужно время для подготовки по вопросу принятия новых материалов? — спросила судья у стороны истца.

— Мы с этим документом ещё не знакомы. Но нам кажется, что сейчас в материалах дела имеется достаточное количество документов…, — сказал представитель истца. 

— У нас новая фальсификация, — заметила судья. 

— Мы считаем, что все эти заявление о фальсификации, как и требования о проведении экспертизы и т.д., это затягивание судебного процесса…

— Так исключите эти документы из числа доказательств, — парировала представитель ответчика.

— Мы сейчас говорим про договор аренды, правильно? — спросил представитель истца.

— Да. Исключите договор из числа доказательств, — пояснила представитель ответчика.

— Истец, готовы исключить? Или будем все фальсификации рассматривать? — спросила судья.

— Я просто хочу пояснить, — ответил представитель истца. — Ответчик говорит, что подпись на этом документе якобы ему не принадлежит. Допустим, не принадлежит…

— У нас ещё вопрос принятия, — напомнила судья. — Вы готовы высказаться, или нам сделать перерыв?

— Да, уважаемый Суд, можно сделать перерыв?

— Да, давайте сделаем перерыв и ознакомимся. Объём большой, — сказала судья.

Рассмотрение дела было отложено на 30 июля. Как пояснила «ПравозащиникИнфо» ответчик генеральный директор ООО «Отель ГОГОЛЬ ХАУЗ» Анна Васильева, сейчас сторона истца выступает против проведения судебной экспертизы на предмет подлинности спорного договора аренды и его копии. С точки зрения истца подлинность подписи Анны Васильевой, содержащейся в документах, фигурирующих в переписке между сожительницей истца и бывшим бухгалтером ответчика Ксенией Голубовской, «заверена нотариусом», при этом нотариус в этом случае не может заверять подлинность подписи в документах, отметила ответчик.

Материал подготовлен в рамках проекта «Судебный репортёр».