Коррупция – это не стихийное бедствие, и её можно минимизировать или даже полностью искоренить благодаря совершенствованию законодательства, государственных институтов и правоприменительной практики. Об этом директор Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ, академик Талия Хабриева рассказала журналистам на пресс-подходе XV Евразийского антикоррупционного форума, который прошёл в Москве 28 апреля. 

Мероприятие было организовано ИЗиСП совместно с Генпрокуратурой РФ. Хабриева напомнила, что после конституционной реформы 2020 года в основном законе РФ был закреплён принцип взаимного доверия между обществом и государством, предполагающий отсутствие коррупции. Антикоррупционная политика переведена из разряда узких ведомственных задач в статус конституционной ценности. 

Национальные интересы

«Учёные ИЗиСП провели глубокое исследование специфики внедрения антикоррупционных запретов на разных уровнях публичной власти и обосновали идею «гармонизации национальной политики с едиными конституционными началами». Благодаря этому антикоррупционные нормы теперь не «накладываются сверху», а органично встраиваются в систему правового регулирования. Гражданину это даёт право требовать прозрачности от служащих любого уровня; возможность оспаривать решения, если есть признаки коррупционного влияния; усиление механизмов защиты лиц, сообщающих о фактах коррупции; формирование правовой культуры, где коррупция воспринимается не как «бытовая норма», а как нарушение конституционного порядка. Как отмечается в Стратегии национальной безопасности РФ, искоренение коррупции отнесено к национальным интересам — и научное сопровождение этого процесса традиционно обеспечивает именно ИЗиСП», — отметила правовед.

Системные решения

Талия Хабриева назвала тревожными выводы Счётной палаты, опубликованные в сентябре 2025 года. Из этого отчёта следует, что лишь 8% изъятых у коррупционеров незаконных доходов и имущества возвращаются в экономику, а остальные ценности зависают на стадиях оценки, оформления и хранения. Это говорит о необходимости поиска системных решений проблемы. Среди таких мер, в реализации которых принимает участие ИЗиСП, Хабриева назвала разработку дорожной карты внедрения нового антикоррупционного стандарта изъятия и дальнейшего использования незаконно приобретённых материальных ценностей, формирование научной основы для систематизации антикоррупционного законодательства, обеспечивающего баланс публичных и частных интересов, а также классификацию активов по уровню ликвидности и анализ зарубежного опыта в этой сфере. «Особое внимание учёные уделяют «цифровым активам»: предложено определить правовой статус инфраструктуры хранения изъятой криптовалюты (например, на базе Московской биржи), создать криптофонд для пополнения бюджета и установить порядок оценки цифровой валюты. Таким образом, ИЗиСП выступает «мостом» между правоприменительной практикой и законодательными инициативами, превращая проблемы в конкретные правовые механизмы», — добавила эксперт.

«Другие центры силы»

Талия Хабриева утверждает, что Россия вышла из состава Группы государств по борьбе с коррупцией (ГРЕКО) из-за дискриминации со стороны других членов, однако этот шаг, по мнению директора ИЗиСП, не ослабил антикоррупционную политику внутри страны, поскольку все полезные наработки этой группы были своевременно имплементированы в российское законодательство. 

«Сотрудники ИЗиСП разработали «Концепцию Евразийской антикоррупционной стратегии», апробированную на Евразийском антикоррупционном форуме, обеспечили научно-методическое сопровождение подписания Соглашения о сотрудничестве государств – участников СНГ в противодействии коррупции 2022 года), ведут работу по имплементации евразийской стратегии в рамках Парламентской Ассамблеи ОДКБ. В условиях регионализации глобальной политики и консолидации финансовых рынков ЕАЭС такой подход особенно актуален: коррупционные схемы, обслуживающие вывод капиталов, становятся тормозом интеграции. ИЗиСП предлагает создавать «наднациональные механизмы противодействия коррупции», гармонизировать законодательство в сфере ПОД/ФТ и укреплять правовые гарантии для сигнальщиков», — объяснила Талия Хабриева. 

По её словам, РФ не изолировалась от международных антикоррупционных процессов, а лишь переориентировалась на другие центры силы.

«Коррупция, в отличие от аномальных апрельских снегопадов — это не природное явление. Это поведение, которое можно сдерживать правом и институтами. Мы считаем, что надо «сделать извлечение коррупционной ренты невыгодным, опасным и технически сложным». Наша антикоррупционная прививка, изъятие активов, евразийская кооперация — это не утопия, а работающие механизмы. Доверие государства и общества строится на том, что государство доказывает: закон сильнее взятки. И если каждый год изымаются миллиарды, то это уже не «управляемая» коррупция, а её поражение — пусть не окончательное, но очень серьёзное», — уверена Талия Хабриева.

«Антикоррупционная прививка»

Академик назвала уникальным правовым явлением принятый около 20 лет назад Федеральный закон №273-ФЗ, который повлёк за собой изменения в более чем 390 других нормативно-правовых актов. В Институте законодательства и сравнительного правоведения это явление назвали метанормацией, то есть выводом борьбы с коррупцией на мета-уровень, когда не просто регулируются отдельные правоотношения, а задаются фундаментальные принципы развития всей правовой системы. 

«Антикоррупционная прививка – это системное внедрение антикоррупционных запретов и механизмов в гражданское, трудовое, административное, уголовное право, а также в регулирование медицины, образования, энергетики и других сфер. Как отмечают эксперты Института, это отражает «интегративные функции закона» — распространение правил через межотраслевые связи. В 2024 году Институт завершил фундаментальное монографическое исследование «Научные концепции развития российского законодательства», где представлена целостная картина антикоррупционного регулирования; Учёные обосновали идею заимствования и адаптации стабильных правовых институтов для новых антикоррупционных задач. Предложено формировать «новый правовой массив» — комплекс норм, объединяющих гражданское, уголовное, административное право и право информационной безопасности вокруг института иска об изъятии имущества в доход государства. Таким образом, «антикоррупционная прививка» — это не метафора, а реальный правовой механизм, повышающий устойчивость всей системы», — отметила Талия Хабриева.

Презумпция незаконности доходов

По словам эксперта, изъять в доход государства можно даже криптовалюту, несмотря на отсутствие её легального оборота на момент совершения большинства коррупционных преступлений. Важным прецедентом стало решение Никулинского районного суда Москвы от 2025 года, которым установлено, что отсутствие легального оборота какого-либо актива не освобождает госслужащего от обязанности подтвердить законность получения средств, на которые этот актив был изначально приобретён. 

«В России действует опровержимая презумпция незаконности доходов. Если стоимость имущества превышает совокупный доход лица и его супруга за три года, бремя доказывания законности источников ложится на ответчика. При этом, как подчеркнул Верховный Суд РФ в определении от 22.07.2025 № 21-КГ25-5-К5, даже представление налоговой декларации после иска не является основанием для его автоматического отклонения. Суд обязан проверить доказательства по существу. ИЗиСП обеспечивает научное обоснование трансферта права — заимствования и адаптации норм гражданского, уголовного, банковского права для целей антикоррупционного законодательства, а также разрабатывает предложения по стандартам доказывания. Что касается пределов вмешательства в частную жизнь, Верховный Суд РФ признал правомерным сквозной анализ имущественных потоков в рамках семейно-родственных связей. Это подход, научно обоснованный в работах Института. Таким образом, ИЗиСП помогает судам и правоохранительным органам работать с новыми вызовами — от криптовалют до сложных схем сокрытия активов — не нарушая при этом принципов правовой определённости и справедливости», — рассказала Талия Хабриева.

Судебная практика

Работа по научному обеспечению антикоррупционной политики ведётся и во взаимодействии с Генеральной прокуратурой. В рамках этой совместной деятельности 31 марта прошло заседание научно-консультативного совета при Генпрокуратуре под председательством замгенпрокурора Юрия Пономарёва. 

«В докладах ИЗиСП были представлены результаты анализа складывающейся судебной практики по соответствующей категории дел, а также содержания Постановления Конституционного Суда РФ от 31.10.2024 N 49-П «По делу о проверке конституционности статей 195 и 196, пункта 1 статьи 197, пункта 1 и абзаца второго пункта 2 статьи 200, абзаца второго статьи 208 ГК РФ в связи с запросом Краснодарского краевого суда». В докладах констатировалось, что КС РФ не усмотрел положений, которые могли бы быть признаны не соответствующими Конституции РФ. Вместе с тем, представителями Института озвучены предложения, направленные на укрепление и совершенствование обсуждаемого правового института, включая возможность внесения изменений в Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации» в части закрепления активного искового права прокуроров в защиту интересов государства, возможность установления соответствующих процедур в Кодексе административного судопроизводства РФ, определения иерархии конфискуемых активов в пользу наиболее ликвидных, разработки методики сбора доказательств и определения стоимости активов», — рассказала Талия Хабриева.

На Евразийском антикоррупционном форуме судья Верховного суда РФ Денис Кунев назвал одним из главных достижений последнего времени обособление исков об изъятии незаконно нажитого имущества в доход государства от уголовного процесса, в результате которого будет определено наказание непосредственно за преступление коррупционного характера. Данная практика позволяет более эффективно возвращать в бюджет и в экономический оборот имущество и денежные средства, нелегально перешедшие в частную собственность коррупционера. Кроме того, суды всё чаще акцентируют внимание на экономической реальности сделок с таким имуществом, а не на формальной стороне. Таким образом, номинальная передача активов в собственность третьим лицам не становится защитой от изъятия. В качестве ещё одной антикоррупционной меры генпрокурор РФ Александр Гуцан предложил законодательно запретить повторное поступление на госслужбу лиц, уволенных в связи с утратой доверия.